34-летние Джон Холден и Майкл Галуччио стали первой гей-парой Америки, получившей права на усыновление ребенка. За жизнь их сына, Адама, врачам пришлось бороться еще при рождении -- мать не пережила роды, так как была заражена ВИЧ, гепатитом и туберкулезом. И хотя ребенок родился здоровым, желающих усыновить его не нашлось. Джон и Майкл захотели взять его в свою семью.

На Западе не смолкают дискуссии о современном значении старого слова -- "семья". Казалось бы, ничего нового о семье Европа сказать уже не сможет. Все было в ее истории: сексуальная революция и публичное сжигание брачных свидетельств; демонстрации школьниц, которым врачи отказали в анонимном аборте, и первые семьи, получившие возможность родить ребенка путем искусственного оплодотворения; жизнь "втроем" и брак с любимым человеком твоего пола... В Скандинавских странах, где подобная проблема уже давно решена, в центре дискуссий оказался младенец. Скандинавы долго ломали голову над тем, как быть с неотъемлемым правом каждой семьи, в том числе и гомосексуальной, на потомство.

Дания оказалась первой страной в мире, где с 1 октября 1989 года сексуальные меньшинства получили право на регистрацию своих отношений. Уже в 1994 году 2013 мужских и 797 женских пар получили официальные свидетельства из мэрии и зажили жизнью, почти не отличающейся от быта нормальных гетеросексуальных семей. Это "почти" относится к одной статье закона, по которой геи и лесбиянки лишены возможности брать в свои семьи приемных детей. Однако одному мальчику Анасу Кристофферу суждено стать тем самым подопытным кроликом, на котором врачи, педагоги, психологи будут изучать воздействие на детскую психику несколько странных (с позиций общепринятого) семейных отношений. Ребенок неизбежно будет отличаться от своих сверстников, потому как его родители геи.

С трехлетнего возраста мальчик ходит на занятия с психологом. Педагоги в детском саду и родители других детей были подвергнуты "идеологической обработке": ни один из окружающих Анаса Кристоффера взрослых не должен быть принципиально против него как ребенка, появившегося на свет в гомосексуальной семье. "Какой вы видите будущую сексуальную жизнь Анаса Кристоффера? Кем он вырастет: как вы, геем, или, простите, нормальным мужчиной?" -- спросили Бьёрна, отца ребенка. "Мы проверяли сына у доктора. С ним все в порядке, но до момента полового созревания (13-14 лет) никто никаких гарантий дать не может. Конечно, существует огромный риск, что он станет геем. Но я -- гей, и не чувствую себя больным или ущербным".